Skip navigation.
Home
Связь времён

Навигация
Home

2024-2025-Владимир БАТШЕВ


Владимир БАТШЕВ

Французское

Я опять совершил свой весенний вояж, 
но Париж меня встретил суров:
Galeries Lafayette разноцветный витраж
не сказал мне приветливых слов.
Эти трюки в дыре не опишет перо, 
Шарль Перро просто глупый малыш… 
Мы поедем с тобою на Трокадеро, 
чтоб увидеть всю курву Париж.
Там в бокале Chinon прошлогодний купаж 
и слащавое в прошлом кино, 
и угрюмый гарсон, и веселый апаш, 
и мадам в голубом кимоно,
и зеленый рассвет там – на Rue La Dope
в социальном и нищем дому, 
и чужие глаза на чужом канапе,
и с картинки смеется Амур.
Из окошек струится предутренний пар, 
репродуктор о счастье поет… 
И знакомый профессор, седой антиквар,
проклинает люмбаго свое.

* * *
Я собрался вчера на курорт,
чтобы морем любоваться в ночи.
Но меня схватил моральный урод
и нахально начинает учить.

Мне не нужен, урод, твой урок,
пусть урод я, но совсем не такой.
– Нет, как все! – отвечает урод
в пиджаке неприкрытый тоской.

За Урал убирайся, урод, 
где уродов парад всех пород –
собрались в ежедневный поход, 
чтоб глазел на них уродский народ.
Исчезай за уродом урод!
В зоосад посадить их в вольер…

Я бы с радостью нажал на курок, 
только где мне взять такой револьвер?

         * * *
Есть дома и повыше,
есть почище газоны…
Черепичные крыши 
с чешуёю дракона –
как сравненье поэта  
в популярном журнале… 
Но откуда про это
все поэты узнали?
И откуда бы знали, 
что дракон не жар-птица,
и на землю упала 
чешуя черепицей?

Жалко мне дракона?
Нет, совсем не жалко. 
Мне из-за кордона 
холодно, не жарко.

Время вспять проходило. 
Только вместо драконов 
лишь одни крокодилы
влезли в букву закона –
вот плывет аллигатор, 
как подлодка в походе. 
А его каллиграфы
звонкой тушью обводят: 
дескать, вот вырожденье, 
вот кем стали драконы.
Я на свой день рожденья 
семиэтажным балконом
вижу черные крылья
и забытые лица,
а вокруг меня крыши
чешуей черепицы.

          Библейское

Они и яблок даже не просили
Адам сказал ему – Ты не балуй!
И яблоком, наверно, закусили
свой первый на планете поцелуй…

Потом пошли направо и налево,
и нарожали полчища детей.…
Нам ясно все с Адамою и Евой, 
вот только змей…Куда же делся змей?

А он летел, летел себе на рынок, 
летающий по небу крокодил –
обычный змей, всего-то Змей Горыныч, 
который очень яблоки любил.

Потом уполз в любимую берлогу 
и вспоминал, охальник и бахвал,
ругался на себя он всю дорогу –
зачем же он им яблоки отдал?

На Марсе, в Лабытнангах или в Конго
видали пострашнее мы зверей. 
Конечно, змей похож на анаконду.
Но это змей. Куда же делся змей?

Пока я здесь гуляю по буфету 
и бармену кричу – Давай, налей!
Мне ответа, все мне нет ответа –
куда, скажите, делся этот змей?

    * * *
Все дальше и реже знакомые лица,
все реже звонит телефон.
А если звонит, то из дали больницы,
как будто зовет к себе он.