Skip navigation.
Home
Связь времён

Навигация
Home

2024-2025 Михаил Мазель


Михаил МАЗЕЛЬ


Аппассионата

Ночь. Буря. Людвиг Ван Бетховен мерещится мне во дворе.
Мой мутный взгляд к нему прикован. 
                                     Я вслушиваюсь в скрип дверей,
которые не шелохнутся, вернее – глухо так дрожат.
Похоже я его присутствием к холодным стёклам лбом прижат.

А дождь накатывает волнами, пытаясь смыть нарост с души.
Он… словно говорит: «Довольно… Душе метаться разреши…»
Не имитация виденье, с порывом каждым – всё мутней.
Предвиденья ночного бденья навеивают темы дней.

Потоки превратятся в капли и снова потекут рекой.
Разрезал небо чей-то скальпель, ведомый дрогнувшей рукой.
И не добавишь, не убавишь. Как будто… он стоял всегда.
Ну кто тогда коснулся клавиш?.. Кто задал нам вопрос: «Когда?»

22 янв. 2024 г.



Шаг за шагом, или 
Когда нет выбора молчать стихами

      Эпиграфы можно считать сарабанд 
      и пассакалию Генделя, исполненные 
      на органе или же оркестром.
 
      (На следующий день после прощания
       с Алексеем Навальным)

Человек становится легендой.
Памятью становится и мифом.
Молча входят и садятся Бах и Гендель,
и качаются альтов и скрипок грифы.

Шаг за шагом он уходит в вечность. 
Барабан, орган ли просто выдох.
Ни к чему сейчас иные речи.
Он ещё нам виден — лик в флюидах.

Нам слышно ещё его дыхание,
но уже слышней дыханье ветра.
Хочется молчать сейчас стихами.
Завещаньем слышится нам «верьте».

Что сказать, когда давно молчим мы?
Да и есть ли вариант у тех, кто слушал?
Звуки тише и почти неразличимы,
и как будто слились наши души

воедино. Гендель, Бах уже уходят.
День иной почти спустился в залу.
Мы одни стоим и ждём в проходе
и не вспомним как слеза сползала

по щеке обветренной, замёрзшей.
Мы почти забыли о прощании.
Человек уходит через рощи
к звёздам и не слышит обещаний.

2 марта 2024 г.


Самая малость

Пустота заполняет пространство. Что было пустее?
Что-то типа дождя моросящего, в пасмурных красках.
Я пытаюсь вдохнуть аромат твой на смятой постели,
но его нет как нет, уже век… Не хватает мне встряски.

Может ветра… Но их в пустоте отродясь не бывало,
и рассеянный свет не прорежен косыми лучами.
Я смотрю на буфет на покрытые пылью бокалы
и едва повожу, для разминки возможно, плечами.

Пустота в пустоте… Кто придумал такое начало?
Я стучу по стеклу произвольным движением пальцев.
В пустоте не бывает восторгов, но нет и печали,
как в ней нет и зануд, дураков, одержимых скитальцев.

Потому что … она – пустота и она … не пускает …
никого… в свои серые … влажные будни …
Только я незаметно её изменяю мазками.
Не назло – вопреки – не даю ей пустеть беспробудней.

Неожиданно серый стал самую малость синее.
Смею ли утверждать, что я к этому как-то причастен?
Говорят, что она отступает от тех, кто сильнее, 
осознать попытается, в чём заключается счастье.

29 дек. 2024 г.



Изображая безмятежность

Я учусь смотреть сквозь стену ночью,
и… не верьте… но умею различать…
корабли на верфи … Пляшет почерк,
не даёт ни плакать, ни молчать…

Не молчу, хотя в квартире тихо,
даже капать перестал на кухне кран.
Ходики следят за мною, тикая,
и мерцает в ожидании экран.

Есть такие ночи… ожидания…
без любви, без страха, без тревог…
Ветер имитирует рыдания
или вдруг пугает, что он волк.

Я изображаю безмятежность,
даже мудрость… На лице моём
не ищите вы любовь и нежность…
Время это – просто водоём.

Водоём, наполненный печалью…
Вы не бойтесь в дом впускать печаль.
Корабли на верфи различая,
я нежданно взгляд твой повстречал.

Или… это было отражение
строк, что я читаю со стены.
Если ты почувствуешь вдруг жжение,
пуговку на блузке расстегни.

24 дек. 2024 г.



Александр Грин

В холодном Петрограде, где умирает Блок,
один не при параде, тенями бродит Бог,
тот, что пока не понял, куда катился мир,
который был наполнен зимою, как Таймыр.

Там рыщет эхо судеб, поломанных навзрыд.
Там крысы из подвалов глядят, как всё горит
в буржуйках: письма, мебель, и книги… и слова
несказанные… Холодно граниту, сфинксу, львам.

И в этом запредельном – заброшенном почто?  –
идёт, шатаясь, некто, в потрёпанном пальто.
И ветер воет в спину ему, как всем, про смерть,
а он, сутулясь, щурится… Он знает как смотреть…

И в сером Петрограде встаёт иной рассвет.
Преодолев преграды, познав попутный ветр,
из Финского залива в Неву заходит барк.
Рассвет алеет. Город готов напялить фрак.

Всё застывает. Кажется, всё стало полотном.
И через серость движется создание одно…
Похожее на девушку: вчерашнее дитя.
Куражится сознание, оставив нас шутя.

Но, чудо создаётся руками нас самих.
Похоже, это шутка свихнувшихся портних.
От голода пригрезилось. Но вот она бежит
к Неве, где парус алый над серостью дрожит.

Вы только захотите, шагните через мрак,
и сами вы увидите, как входит в бухту барк,
и сами вы услышите девичий звонкий смех,
и… если не над смертью – одержите вы верх.

Ступайте ближе к морю, ступайте босиком.
Никто вас не потащит искать любовь силком.
Но в миг, когда коснётся ног новая волна –
взметнётся алый парус, всё оплатив сполна.

25 нояб. 2024 г.


Дефиле в замедленном повторе

Когда я вернусь через тысячу лет,
пускай ты не веришь мне, милая Донна,
тебя отыщу в нашем старом шале,
в котором мы знали, что море бездонно,
и ведали тайны движения планет,
и птиц перелётных маршруты, и плавно
качалась фелука на гладкой волне
и многое тайное делалось явным.

Когда мы найдёмся однажды в ночи,
забыв, что мы знали друг друга когда-то,
ты скажешь моргнув: «Кукабара кричит» –
а я сам себе вдруг напомню вомбата.
И светом вдруг станет цветов аромат,
и спустятся звёзды на них, словно пчёлы,
и маятник вдруг перестанет хромать:
ты это придумал, приснилось, прочёл ли?

Навряд ли… Таких не написано книг,
а если и да – нет подобных героев.
Я тысячу лет ждал, и вот я приник,
не тайно, а явно, спиной к изголовью.
Возможно, дрожанье почувствовав плеч
моих, ты проснёшься и спросишь: «Что дальше?»
И в лица нам брызнет мгновений картечь.
И я вдруг припомню детали мельчайшие.

А дальше не будет, увы, ничего,
поскольку во снах не приходят ответы.
Разбудит меня вдруг запевший щегол,
приветствуя вновь наступившее лето.
Когда я вернусь через тысячу лет,
уверен: ты ждать меня будешь у моря
бескрайнего… Пляж и следов дефиле,
и волны внахлёст, словно кадры в повторе.

19 дек. 2024 г.


Сквозь туман или
Призрак несогласия

Пустота … в глазах хорошего поэта
пострашней безумия и … страха.
Вы подумали?.. Я именно про это
ощущенье пепла, что не стряхивают
с кончика, готового рассыпаться,
стоит пальцам дёрнуться от пульса.
Станет серым пёстрый ситец, … а …
про кого-то скажут: «Встрепенулся»…

Про тебя ли? Про поэта? Дуновение?..
В лёгком выдохе – прозрение с отчаяньем.
Горстки пепла делаются звеньями,
а подрагиванья – лёгкими качаниями,
что вселяют, пусть – не лёгкую надежду,
но хотя бы призрак несогласия.
Мы… всё это видели и прежде.
Может, в школе? … А, в котором классе?

Классики глядят на нас с портретов
ясными печальными глазами.
Закурив без фильтра сигарету,
я, похоже, сам в тревоге замер.
Может, мириады опасений
вынуждают вглядываться пристальней?
Вглядываюсь… не ища спасения,
пробиваясь сквозь туман на пристани.

11 янв. 2025 г.



Пятое агрегатное состояние

Он играет, не касаясь клавиш,
и, похоже, не читая нот.
Свечи ты дыханием оплавишь.
Пламя задрожит и чуть вильнёт.

Время рассыпания на атомы.
Время осознанья, что есть звук.
Время не пугает предоплатами.
Атомы не ведают разлук.

Мы с тобою стали частью музыки.
Не скажи, что счастье не познать.
На часах давно застыли грузики
между до утра и допоздна,

шанс давая нам постичь неведомый,
хоть знакомый с детства ход вещей,
делая нас музыки полпредами,
светом, проливающимся в щель.

Мы не знаем, что такое плазма,
делаясь подобием её.
Атом в состоянии оргазма
станет сто веков спустя… Землёй.

Нам открылись все законы жизни,
только мы забыли их, едва …
вновь собрались, как родились… Брызнет
осознание – слезами естества.

Да, … спустя века или мгновения –
что для музыки в реальности одно –
нам захочется с тобою повторения…
Снова небом делается дно.

9 янв. 2025 г.




Знакомый мотив или оставленные точки

Я ждал её… на… обратном пути, но… она – не вернётся назад.
Над крышами слышно знакомый мотив… Пьянит опадающий сад.
Весна или осень? Похожи они в… своей бесшабашной красе.
Над линией гор неизменны огни и… блёстки в рассветной росе.

Я сам не люблю возвращаться и сам – назад не смотрю никогда.
Я верю дождям и не верю слезам… Пусть домом мне станет скирда
сейчас и сегодня, и пусть эта ночь … поставит все точки над «і».
Я месяцу в небе промолвлю: «челноч», … звезду попрекрасней найди.

Он, так же как я, неприкаян и гол в… свободе своей, от тоски.
А «поиск», как будто обычный глагол… Печаль – далеко не тиски.
… Она улетала всегда далеко. И я – далеко уходил.
Идти через поле обычно легко, когда… летний дождь зарядил.

Идиллия – это, идя налегке, … слова собирать в новый стих,
припрятав сомненья в нечётной строке, а в… чётной печаль … опустив,
ненужные мысли и чувства … гулять в… туманах над спящей рекой.
Всем тем, кто челночит в ночи по полям… сейчас… помашу я рукой.

По правде, давно никого я не жду, как… впрочем, никто и меня.
В душе презирая нужду и вражду, … улыбки учусь я менять.
И с песнею новой бродя по полям, я слышу порою шаги.
Я лодочке в небе махну: «Вуаля»… – просторы опять широки.

19 дек. 2024 г.