Skip navigation.
Home

Наталья Крандиевская-Толстая

КРАНДИЕВСКАЯ-ТОЛСТАЯ, Наталья Васильевна (1888-1963), русская поэтесса. Жена  писателя А.Н. Толстого. О ее стихах положительно отзывались Бунин, Бальмонт,  Блок и др. При жизни вышли три книги стихов: «Стихотворения»,1913; «Стихотворения. Кн.2», 1919; «От лукаваго», 1922.

2013-Крандиевская-Толстая, Наталья

       К 125-летию со дня рождения
                   (1888-1963)

                      *   *   *
Я шла пустыней выжженной и знойной,
За мною тень моя ленивая ползла,
Был воздух впереди сухой и беспокойный,
И я не ведала, куда, зачем я шла.
И тень свою спросила я тогда:
– Скажи, сестра, куда идем с тобою?  –   
И тень ответила с насмешкою сухою:
– Я за тобой, а ты, быть может, никуда.
                                                   Май 1905

                 *   *   *
                           А.Н.Толстому
Для каждого есть в мире звук,
Единственный, неповторенный,
Его в пути услышишь вдруг
И, дрогнув, ждешь завороженный.
Одним звучат колокола
Воспоминанием  сладчайшим,
Другим  –  звенящая игла
Цикад над  деревенской чащей.
Поющий рог, шумящий лист,
Органа гул, простой и строгий,
Разбойничий, недобрый свист
Над темной полевой дорогой.
Шагов бессонный стук в ночи,
Морей тяжелое дыханье,
И все струи, и все ключи
Пронзают бедное дыханье.
А мне одна поет краса!
То рогоча, то замирая,
Кристальной фуги голоса
Звенят воспоминаньем  рая.
О, строгий, солнечный уют!
Я слышу в звуках этих голых
Четыре ангела поют  –
Два огорченных, два веселых.
                              Весна 1916

            *   *   *
Люби другую, с ней дели
Труды высокие и чувства
Ее тщеславье утоли
Великолепием искусства.
Пускай избранница несет
Почетный груз твоих забот:
И суеты столпотворенье
И праздников водоворот,
И отдых твой, и вдохновенье,   –  
Пусть всё своим она зовет.
Но если ночью иль во сне
Взалкает память обо мне
Предосудительно и больно,
И, сиротеющим плечом
Ища плечо мое, невольно
Ты вздрогнешь,  –  милый, мне довольно,
Я не жалею ни о чем!

               *   *   *
                     Памяти Скрябина
Начало жизни было  –  звук.
Спираль  во мне гудела, пела,
Торжественный  сужая круг,
Пока ядро не затвердело.
И всё оцепенело вдруг,
Но в жилах недр, в глубинах тела
Звук воплотился в сердца стук
И в пульс, и в ритм вселенной целой.
И стала сердцевиной  твердь,
Цветущей, грубой плотью звука.
И стала музыка порукой
Того, что мы вернемся в смерть.
Что нас умчат спирали звенья
Обратно в звук, в развоплощенье.
                                         1916-1955
            
             *   *   *
А я опять пишу о том, 
О чем не говорят стихами,
О самом тайном и простом,
О том, чего боимся сами.
Судьба различна у стихов.
Мои обнажены до дрожи.
Они  –  как жалоба, как зов,
Они  –  как родинка на коже.
Но кто-то губы освежит
Моей неутоленной жаждой,
Пока живая жизнь дрожит,
Распята в этой жизни каждой.
                                         1935
            *   *   *
Я не прячу прядь седую
В тусклом золоте волос.
Я о прошлом не тоскую  – 
Так случилось, так пришлось.
Всё светлее бескорыстье,
Всё просторней новый дом,
Всё короче, проще  мысли
О напрасном, о былом.
Но не убыль, не усталость
Ты несешь в мой дом лесной,
Молодая моя старость
С соучастницей-весной!
Ты несешь ко мне в Заречье
Самый твой роскошный дар:
Соловьиный этот вечер
И черемухи угар.
Ты несешь такую зрелость
И такую щедрость сил,
Чтобы петь без слов хотелось
И в закат лететь без крыл.
          Весна 1939, Заречье (Селигер)

                  *   *   *
            Памяти Марины Цветаевой
Писем связка, стихи да сухие цветы  –
Вот и всё, что наследуют внуки.
Вот и всё, что оставила, гордая, ты
После бурь, вдохновенья и муки.
А ведь жизнь на заре, как густое вино,
Закипала языческой пеной!

И луна, и жасмины врывались в окно
С легкокрылой мазуркой Шопена.
Были быстры шаги, и движенья легки,
И слова нетерпеньем согреты.
И сверкали на сгибе девичьей руки,
По-цыгански звенели браслеты!
О, надменная юность! Ты зрела в бреду
Колдовских бормотаний поэта.
Ты стихами клялась: исповедую, жду!  – 
И ждала незакатного света.
А уж тучи свивали грозовый венок
Над твоей головой обреченной.
Жизнь, как пес шелудивый, скулила у ног,
Выла в небо о гибели черной.
И Елабугой кончилась эта земля,
Что бескрайние дали простерла,
И всё та же российская сжала петля
Сладкозвучной поэзии горло.
                                                    1941

          *   *   *
Смерти злой бубенец
Зазвенел у двери.
Неужели конец?
Не хочу. Не верю!
Сложат, пятки вперед,
К санкам привяжут.
–  Всем придет свой черед,  – 
Прохожие скажут.
Не легко проволочь
По льду, по ухабам.
Рыть совсем уж невмочь
От голода слабым.
Отдохни, мой сынок
Сядь на холмик с лопатой.
Съешь мой смертный паек,
За два дня вперед  взятый.
                      Февраль 1942



                 *   *   *
Лето ленинградское в неволе.
Всё брожу по новым пустырям,
И сухой репейник на подоле
Приношу я в сумерках к дверям,
Белой ночью всё зудит комарик, 
На обиды жалуется мне.
За окном шаги на тротуаре  –
Кто-то возвращается к жене...
И всю ночь далекий запах гари
Не дает забыть мне о войне.
                                  Лето 1943


                 *   *   *
Затворницею,  розой белоснежной
Она цветет у сердца моего,
Она мне друг, взыскательный и нежный,
Она мне не прощает  ничего.
Нет имени у ней иль очень много,
Я их перебираю не спеша:
Психея, Муза, Роза-недотрога,
Поэзия иль попросту – душа.
                 1960, Черная Речка

                 *   *   *  
Мне не снится и не рифмуется
И ни сну, ни стихам не умею помочь.
За окном уж с зарею целуется
Полуночница  –  белая ночь.
Все разумного быта сторонники
На меня уж махнули рукой
За режим несуразный такой, 
Но в стакане, там, на подоконнике,
Отгоняя и сон и покой,
Пахнет счастьем белый левкой.
                                       Лето 1961


Публикация Татьяны БЕЛОГОРСКОЙ

КРАНДИЕВСКАЯ-ТОЛСТАЯ, Наталья Васильевна (1888-1963), русская поэтесса. Жена  писателя А.Н. Толстого. О ее стихах положительно отзывались Бунин, Бальмонт,  Блок и др. При жизни вышли три книги стихов: «Стихотворения»,1913; «Стихотворения. Кн.2», 1919; «От лукаваго», 1922.