Skip navigation.
Home

Татьяна АИСТ, Калифорния

Поэт, прозаик, переводчик, профессор китайской философии и религии. Род. в 1956 г. в Ленинграде. На Западе с 1989 г. Автор книг: "Китайская грамота" (на русском, английском и китайском языках), 1996; "Япония под снегом», 2009 и др.

2011-Аист, Татьяна

                  *  *  *
Когда мне страшно,  я пою,
Как будто я в глухом лесу
Гуляю вечером одна
И только песнь моя слышна,
И громче тем и тем сильней,
Чем лес становится страшней!


              *  *  *
Синева глубока во дворах,
Зреет листьев простой виноград,
Старым деревом пахнет кора,
Сам не помнит себя Петроград.
На высоком его берегу
Всходит лето зеленых дворов,
В них глубокую жизнь берегут,
Словно хлам, что лежит под водой.
Заплетается плющ тишины,
Мох вокруг световых колонн,
Легкой плесенью вымощенный
Небосводец под
Ряской крон.


                  *  *  *
В этом чудесно-темном,
Нежно-весеннем граде
Отчетливо вижу тебя.
Сплели с ветвленьем ограды
Чугунный узор тополя
И плод их союза раздался
По небу,
Как сетка кракле, *
Иначе бы как оказался
Сейчас ты на этом стекле?
-----------
* Кракле – вид фарфора.


                 *  *  *
О, глухое заросшее время!
Зелена трава мелкотемья,
Виноградом судьбы увитый,
Деревянный собор несобытий.
Как во сне, мы над крышами ходим
И мосты голубые наводим,
Руки в воду Москвы опускаем
И шевелим упавший камень.

                   *  *  *
Провижу тебя в каждом миге,
Предчувствую
В каждых словах,
Распахнутой наскоро книге,
Летящих навстречу глазах.
Молюсь, «Вседержитель, ты с нами!»
Рыдаю, смеюсь на бегу.
Сухая кора под руками,
Две тени в намокшем снегу.

                      *  *  *
Когда от стыка Невского с каналом,
Как Дант, ты обернешься вдаль,
Тогда возникнет в воздухе сквозная
Протока к небу, а канал,
На том конце – Собор Казанский,
На этом – мостик Итальянский
На миг собой отобразив, пустым впадет
В пустой залив.

                      *  *  *
Ведь это всё что от тебя осталось!
«Шлю белую сирень из Царского Села!..»
Ни фотографии, ни крестика, ни станса,
Зачем тогда роскошно так цвела
любовь? И встреча состоялась 
зачем? Куда дорога шла?
Туда где пеной белой расплескалась
Сирень по водам
Царского Села.

                   *  *  *
Как в лесу темнеет в Петрограде,
Мы, оставив плащи и кашне,
Блуждаем по летней прохладе,
Спокойно, как люди во сне.
Словно косточки, в листьях – жилки,
На траве – теневой батут,
Тела легонькие развилки
К свету сами собой растут!

                    *  *  *
                         Марине Цветаевой
Когда придет моя Елабуга –
Допрос, арест в глухой ночи,
И синеватый ветер Ладоги
Запрет все вены, как ручьи,
Когда ничье живое слово
Не будет живо для меня,
Когда из дней, сочтенных снова,
Я не смогу прожить полдня,
Я припаду, как червь, как листья,
Лицом и телом к той земле,
Где мне дано было родиться,
Где спят давно все люди те,
Которые меня родили,
И я нажрусь кровавых листьев
Рябины той, с того куста
И буду детям вашим сниться,
Пророчествуя – «Русь жива!
Вся жизнь жива!»

                   *  *  *
Утки плывут под черные своды – 
ближе всех мы к озеру стоим.
Нас почти не задевают ветром годы,
Только стелется тоненький дым
Над живою, над мертвой водою,
Безразличной ко дну, к небесам:
«Вы со мною смешаетесь скоро,
Но я скоро вас снова отдам!»