Skip navigation.
Home

Берта ФРАШ, Франкфут-на-Майне


Поэт, литературный критик.  Родилась в 1950 г. в Киеве.  Живёт в Германии с 1992 г. Автор книг: «Мои мосты», 2001; «Осенние слова», 2008. Ведёт рубрику «Новые книги» в журнале  «Литературный европеец».

2013-Фраш, Берта



                             *   *   *
Утро. Молчи. Пусть ворвутся чайки, шум океана.
Утро. Солнечные лучи проходят сквозь воду стакана,
           раздвигают гардины, раскачивают маятник.
На сцене и за нею продолжают маяться.

Всё повторится: в стихах – слова,
                           в мелодиях – всё те же ноты.
Всё повторится: судьбы глава 
                            и дни составляют длинноты.

Утро. На миг раздвинутся дали,
           хлестнут и затянутся дымом печали.
Шум океана здесь, рядом, во мне.
Страх и восторг утверждаются днями.

Утро. Продолжим молчанье на дне.
Всё повторится как вальс над волнами.

                     *   *   * 
                                                          Г. и В.
Снег не прозрачен, когда его много,
где-то засыплет мой путь.
В гору упрямо уходит дорога,
только бы мне не свернуть.

Снег не прозрачен, стеной на рассвете
с миром сомкнутся в одно.
Но, по желанью природы-поэта,
ветер откроет окно.

Время прозрачно? Нет, матово тоже,
лентами и конфетти
где-то ласкало, но часто негоже
било, всему вопреки. 

Снег не прозрачен. И только на время
скроет обиды и грязь.
Освобождаясь от зимнего плена,
краски пускаются в пляс. 


Снег не прозрачен, как время проходит,
раны и лужи в земле. 
Скоро появятся новые всходы,
радостью множась в тепле.


                        *   *   *
Что нам остается, что греет нас в стужу,
сквозь годы чей взгляд проникает и будит?
Волнует и тень, заглянувшая в душу,
надеждой, словами на матрице будней. 

Волнуют морские просторы, стихии,
мечту разбивая о встречные рифы.
Зачем умирают когда-то лихие
картины желаний? Теперь они мифы.

Весенние звуки и краски как раньше 
не сводят с ума, увлекая собою.
«Всему свое время». Не стала я старше.
Но только устала бороться с судьбою.

Оставь моим детям уверенность в завтра.
Продли им восторг в наслажденье весною.
И пусть не обходит познания правда
тот мир, где они остаются с Тобою.

В осеннем саду пребываю я вечно.
Я с детства любила дожди и прохладу.
Но в зиму шагнуть, за порог в бесконечность
еще не хочу! А может быть надо. 

Ложатся снежинки на крыши и горы.
Весна, как малыш, спотыкаясь, примчится.
Но где же те дни, в ожиданье которых,
в душе всё ликует, бурлит и стремится?!




                     *   *   *                           
                                                  сестре
Ничто мне не вернет молчания с тобой,
в глазах твоих прозрачные слезинки. 
И наших разговоров, что гурьбой
протаптывали новые тропинки. 

Ничто мне не вернет безбрежный день,
безоблачность в судьбе моей не тлела.
И каждый поворот, отбрасывая тень,
я ускоряла, так его хотела. 

Не глупостью ли устланы пути,
туманом ли задержаны рассветы? 
Теперь уже мне больше не пройти
по щебню босиком в разгаре лета. 

Прикосновенье слов, поглаживанье рук – 
так мало или много будет сниться. 
И не прорвется стон, внезапно, вдруг.
Пока жива и тень еще ложится.

*   *   *                    
                                              В.С.             
Хрупкий силуэт с зелеными глазами,
кажется, осень, но только без солнца.
Возможно, лето, как фрагмент мирозданья,
в нем сад без яблочного червонца.

Дни разбежались. И не в деньгах радость.
О погоде, болезнях мычать скучно.
От прочитанных книг горечь и сладость.
Но необъятно, тревожно, двуручно.

И только в стихах видны краски слова,
время спрессовано в черном на деле.
К ним возвращаюсь я снова и снова, 
крылья обретает стих. И тело

уходит в пике,
сливаясь с горизонтом.

                 *   *   *         
                                         Р.
Я остаюсь на божьей длани, 
когда подхватывает жизнь
и ударяет неустанно.
Но я твержу себе: – Держись!

Я удивляюсь снегу, ветру,
и сомневаюсь, что нужна.
В борьбе, за каждым сантиметром
едва ли теплится душа.

Но я держусь, хотя надменно
жизнь снова скручивает вмиг.
Но что-то, верно, неизменно
во мне живет. Лишь рвется крик.

Я остаюсь на божьей длани, 
когда закрутит злая жизнь. 
Не надо больше обещаний.
Дай только силы всё испить.

             *   *   *
Желанный дождь,
проходит пряный вечер.
И тяжесть – ночь,  
как шторы занавесит.

Но вот конец всему.

Пусть новый день 
мне радугой ответит,
что вечность есть.

Жизнь облаком пройдет.

Благая весть
мне высветится в небе,
что вечность здесь.


                       *   *   *
Пунктир дождя мне обрисует холм.
Предметы, встречи по касательной сойдутся.
Так день прожить, чтоб показался сном
и для другой судьбы не разогнуться,

глаз не открыть, не видеть пустоты, 
летать во сне над крышами, как прежде.
И воздухом дышать, что выдыхаешь ты,
не уставая созерцать в надежде, 

что «мы» не только дуновенье дней.
Как Принц за розу мы за нас в ответе.
С холмов других тебя увлек ручей 
и в нем цветы сплелись в большом букете. 

Штрихами дождь не скроет тайну дня.


               *   *   *
Вы оставьте мне дождь,
влажным бисером ляжет на плечи. 
Просто я ваша дочь
так давно. А теперь уже вечер. 

Истекает не кровь – 
то душа превращается в осень.
Удивление вновь
захлестнет и прощенья попросит. 

Вы оставьте мне дождь,
я сама превращу вечер в вечность.
Просто я ваша дочь,
незнакома мне тоже беспечность. 

Осень наша пора,
но теперь меня некому встретить.
С вами я до утра,
и меня убаюкает ветер.


ФРАШ, Берта, Йена, Германия. Поэт, литературный критик.  Родилась в 1950 г. в Киеве.  Живет в Германии с 1992 г. Автор книг: «Мои мосты», 2001; «Осенние слова», 2008. Ведет рубрику «Новые книги» в журнале  «Литературный европеец».