Skip navigation.
Home

БОРИС НАРЦИССОВ


(1906 – 1982) 



русский поэт и переводчик. Поэтические сборники «Стихи» (1958); «Голоса» (1961); «Память» (1965); «Подъём» (1969); «Шахматы» (1974); «Звёздная птица» (1978). Посмертно опубликована книга «Письмо самому себе» (Нью-Йорк, 1983).


 

ЛЕСНАЯ ОПУШКА

                                 Алексису РАННИТУ


               ...В лесах моей Эстонии родной...
                                             В. Кюхельбекер


Корою красной светит бор сосновый
И мелкий ельник – яркий изумруд.
Круги седые паутин с основой
Упругой вздрогнут в ветре и замрут.
Всё тихо.  Только шорох быстрой белки,
Да вот малиновый капорский чай
Качнётся и наклонит стрелки,
В стремительном полёте невзначай
Задетый шелестящей стрекозою.
И снова тихо  с рыжего ствола
Спускается янтарною слезою
Из трещины пахучая смола.
 

ПРИБРЕЖЬЕ

Весь день с   болезненной зари
Сечёт упрямыми слезами,
И в тусклых лужах пузыри
Играют бычьими глазами.

Песок на тяжких дюнах плотен,
И скрыт завесою седой
Туманно дождевых полотен
Залив с тяжёлою водой.

Сойди к воде.  Вода уводит
Куда-то к викингам домой,
Зелёной древнею волной
На запад Балтика уходит.

ЭВКАЛИПТЫ

В эвкалиптах бежит, исчезает, как сетка,
По опавшей листве незметная тень.
Эвкалипты, как будто посохли их ветки,
Не шумят, а шуршат.  Колыхнуться им лень.

Эвкалипты растут без конца по отрогам,
По безводным холмам: не нужна им вода.
Как от судорог ствол их свело.  Как из рога
Древесина стволов, тяжела и тверда.

Этот серо-зелёный покров – эвкалипты.
Это – шкуры змеиные слезшей коры.
И вот так без конца. И ты знаешь: погиб ты
Здесь, в краю эвкалиптов и тусклой жары.

ЖИЗНЬ

В огороде моём было тесно, но весело:
Огуречная сила плетение свесила
И кормила шмелей пустоцветами,
А шмели изжужжались приветами.
Мотылёк вытворял пред капустницей
Пируэты и всякие всякости,
Предвещая червячные пакости,
А она-то, в кокетстве искусница,
Мотыля приглашала на листья капустные –
Для потомства в июле единственно вкусные.
И морковки-свекровки со свёклами-Фёклами
Упивались земными растворами тёплыми,
А укроп распушил золотистые зонтики
И листочки свои разрезные и тонкие,
Где лишь можно ему, меж ботвою просовывал,
И не ведали все, что им жизнь уготовила:
То ли в суп, то ли в борщ, а не то во щи.
И огромное доброе солнце-подсолнечник
Языками блестящего жёлтого пламени
Распускалось по краю тихонечко с полночи,
Благосклонно взирая на малые овощи
И шурша им шершаво-широкими дланями.


СТИХИ О ЛЕРМОНТОВЕ

Широк во лбу, сутул, и криво
Улыбка сводит детский рот.
«Увы, Мишель, вы – некрасивы…»
– Всегда всё тот же оброт

Речей – сперва о нежной дружбе,
Потом – о чём-то о другом,
И – неприятности по службе,
И – надо свет считать врагом…

Ну, да, – язык острее бритвы!
Но сколько нежности в душе,
В письме с Кавказа после битвы!
Ведь крови – нет на палаше…

И эта нежноcть вырастает
По вечерам в черновике,
И тает – так туман растает
В июльский день на Машуке.

                                             

                   Публикация Евгении ДИМЕР