Skip navigation.
Home

Навигация

Связь времён 10 выпуск-ФРАШ, Берта

*  *  *  
 
Волшебно падал снег. На дне души,
едва касаясь стенок, тень кружилась. 
И радостно мне в прошлом ворошить
мгновения с ребёнком. 
                                        Вдруг ожили

прикосновенья бархатной щеки.
Я таю в счастье. С счастьем разминувшись 
в потоках всё смывающей реки
во времени. 
                     Слезами захлебнулась 

и поплыла, сжимая кулаки. 
Теперь лишь фотографии на стенах, 
зимой и летом долгие звонки 
печалью оседают в старых венах. 

На дне души ложатся многоточья, 
снежинок тень грунтует стенки тьмы. 
Опомнится апрель – капелью строчки
растопят льды и заоконный мир.


*  *  *

В летучем времени шум детских голосов,
ворох перечёркнутых мной строчек,
непройденные улицы, на дверях засов 
и длиною в сутки бессонные ночи. 

В сединах времени всё ярче восход,
или облака в завитушках, загадках.
Тревожно, увижу ли следующий год,
вниз по лестнице сползая украдкой? 

Успею спросить о сокровенном прямо – 
с любым ответом исчезну одна. 
Оставаясь в каждом дне твоей мамой, 
любить всё – н еправда, касаясь дна. 

В прозрачном времени слова откровений 
вязнут в песках звенящего одиночества. 
В эмиграции, в порывах удивления
несутся вдоль улиц былого пророчества. 


*  *  *

Вот за окном прохладно, я вздохну. 
И с лёгкостью простуженных молекул
иду, кряхтя, у осени в плену 
торжественно грустить, прощаясь с веком. 

В тумане скрыты черепицы крыши, 
наброшена вуаль на провода. 
В мгновенье обнажаются все ниши, 
раздетыми оставив города. 

Зима, как скоро? Задержать минуту 
и в ней испить все краски. Подожди! 
Ещё успеть бы в переулках утра, 
тревожность снов мне обратить в дожди.

С тобою, осень, мне не долго спорить – 
я проиграла вечное пари! 
Надеяться на что? И не ускорить
тот миг, в котором дух парит. 


*  *  *

За углом переулка,
поворот за мостом. 
Шелест осени гулко 
возвратится потом.

Каблуками судьбы 
прикоснувшись к червонцам, 
замерзают следы 
зимним днём в свете солнца. 

Я богатством твоим
восхищаюсь и знаю: 
твой шедевр повторим.
Потому я прощаю 
                      стужу дней в коридоре 
           заблудившейся ночи.
Жизнь пробудится вскоре,
возвращая мне осень.



  *  *  *                         
                                                   Лене
Пронзили, обожгли твои слова – 
слова из льда, из уксуса и стали.
Не этим ли написана глава – 
глава, в которой сердце разорвали.

Мне кажется, что я не влюблена.
Мне нравится встречать зарю молитвой.
В те редкие минуты я одна.
Но много тяжких слов мной не забыты. 

Мне нравится бежать во сне беззвучно, 
не торопя восход сквозь облака. 
Над крышами летать всегда не скучно, 
смотреть на брызги времени – века! 

Кто в следущей главе на запятые
заменит камнем обронённые слова?! 
Исчезнут справедливые, святые. 
Останутся их искры и молва. 


*  *  *

Время всё так же доверится лету.
Позже печалью раскрасит рассветы.
Солнце устало как сердце и клетки.

С первым морозом раздвинули ветки
                     крону июля. Октябрьский иней
славно блестит в обрамлении синем.

Всё, умирая, сливается с жизнью,
лишь оставляя стихи как отчизну.
Выпит кофе, прослушаны песни.
В то время года не будем мы вместе. 

Горы – как знак восклицанья в долине.
Вот и смотри-ка ещё на вершины
и на дома вдоль дороги бегущей.
Сказочный снег под ногами скрипучий.

Время стремительно тянется в Лету.
Нужно смириться и справиться с этим.
В то время года любая погода 
тянется быстро, но может быть долго.  


***

       По мотивам стихотворений Маши Калеки 
       (1907 - 1975): Боль остаётся, но родины нет.
          «Mein Lied geht weiter», DTV München, 2009                                         

Под той же скамейкой
за семьдесят лет 
исчезли все белки,
а с ними билет.

Со мной чемодан,
что наполнен тоской.
Нет родины там,
где рождён был изгой!

Не знала, что скоро
я буду одна.
С судьбою играя,
бежала вода.

Летая всё реже,
я вижу во сне,
чужая как прежде
и в новой стране.

Нет места на карте –
лишь раны и труд.
А узел с плацкартой
другие найдут.

Всё те же колодцы
и те же дворцы.
Разбавлена мудрость
«свободой» души.

Остаться,
      где камни, леса
          и песок вдоль реки?!

Меня все забыли,
да и кто бы узнал?!
Стена за словами,
птичий гомон пропал.

Если ты не изгой –
не ищи
              дорог,
другого неба – нет,
  память детства – пирог…


*** 




 
Волшебно падал снег. На дне души,
едва касаясь стенок, тень кружилась. 
И радостно мне в прошлом ворошить
мгновения с ребёнком. 
                                        Вдруг ожили

прикосновенья бархатной щеки.
Я таю в счастье. С счастьем разминувшись 
в потоках всё смывающей реки
во времени. 
                     Слезами захлебнулась 

и поплыла, сжимая кулаки. 
Теперь лишь фотографии на стенах, 
зимой и летом долгие звонки 
печалью оседают в старых венах. 

На дне души ложатся многоточья, 
снежинок тень грунтует стенки тьмы. 
Опомнится апрель – капелью строчки
растопят льды и заоконный мир.


*  *  *

В летучем времени шум детских голосов,
ворох перечёркнутых мной строчек,
непройденные улицы, на дверях засов 
и длиною в сутки бессонные ночи. 

В сединах времени всё ярче восход,
или облака в завитушках, загадках.
Тревожно, увижу ли следующий год,
вниз по лестнице сползая украдкой? 

Успею спросить о сокровенном прямо – 
с любым ответом исчезну одна. 
Оставаясь в каждом дне твоей мамой, 
любить всё – неправда, касаясь дна. 

В прозрачном времени слова откровений 
вязнут в песках звенящего одиночества. 
В эмиграции, в порывах удивления
несутся вдоль улиц былого пророчества. 


*  *  *

Вот за окном прохладно, я вздохну. 
И с лёгкостью простуженных молекул
иду, кряхтя, у осени в плену 
торжественно грустить, прощаясь с веком. 

В тумане скрыты черепицы крыши, 
наброшена вуаль на провода. 
В мгновенье обнажаются все ниши, 
раздетыми оставив города. 

Зима, как скоро? Задержать минуту 
и в ней испить все краски. Подожди! 
Ещё успеть бы в переулках утра, 
тревожность снов мне обратить в дожди.

С тобою, осень, мне не долго спорить – 
я проиграла вечное пари! 
Надеяться на что? И не ускорить
тот миг, в котором дух парит. 


*  *  *

За углом переулка,
поворот за мостом. 
Шелест осени гулко 
возвратится потом.

Каблуками судьбы 
прикоснувшись к червонцам, 
замерзают следы 
зимним днём в свете солнца. 

Я богатством твоим
восхищаюсь и знаю: 
твой шедевр повторим.
Потому я прощаю 
             стужу дней в коридоре 
                    заблудившейся ночи.
Жизнь пробудится вскоре,
возвращая мне осень.


  *  *  *
                                                                  Лене

Пронзили, обожгли твои слова – 
слова из льда, из уксуса и стали.
Не этим ли написана глава – 
глава, в которой сердце разорвали.

Мне кажется, что я не влюблена.
Мне нравится встречать зарю молитвой.
В те редкие минуты я одна.
Но много тяжких слов мной не забыты. 

Мне нравится бежать во сне беззвучно, 
не торопя восход сквозь облака. 
Над крышами летать всегда не скучно, 
смотреть на брызги времени – века! 

Кто в следущей главе на запятые
заменит камнем обронённые слова?! 
Исчезнут справедливые, святые. 
Останутся их искры и молва. 


*  *  *

Время всё так же доверится лету.
Позже печалью раскрасит рассветы.
Солнце устало, как сердце и клетки.

С первым морозом раздвинули ветки
                     крону июля. Октябрьский иней
славно блестит в обрамлении синем.

Всё, умирая, сливается с жизнью,
лишь оставляя стихи как отчизну.
Выпит кофе, прослушаны песни.
В то время года не будем мы вместе. 

Горы – как знак восклицанья в долине.
Вот и смотри-ка ещё на вершины
и на дома вдоль дороги бегущей.
Сказочный снег под ногами скрипучий.

Время стремительно тянется в Лету.
Нужно смириться и справиться с этим.
В то время года любая погода 
тянется быстро, но может быть долго.  


*  *  *

По мотивам стихотворений Маши Калеки 
(1907 - 1975): Боль остаётся, но родины нет.
  «Mein Lied geht weiter», DTV München, 2009

Под той же скамейкой
за семьдесят лет
исчезли все белки,
а с ними билет.

Со мной чемодан,
что наполнен тоской.
Нет родины там,
где рождён был изгой!

Не знала, что скоро
я буду одна.
С судьбою играя,
бежала вода.

Летая всё реже,
я вижу во сне,
чужая как прежде
и в новой стране.

Нет места на карте –
лишь раны и труд.
А узел с плацкартой
другие найдут.

Всё те же колодцы
и те же дворцы.
Разбавлена мудрость
«свободой» души.


*  *  *

Остаться,
      где камни, леса
          и песок вдоль реки?!

Меня все забыли,
да и кто бы узнал?!
Стена за словами,
птичий гомон пропал.

Если ты не изгой –
не ищи
              дорог,
другого неба – нет,
  память детства – пирог…

Куда ни поедешь –
     всё та же страна.
И скоро исчезнешь,
    и снова – одна. 
  
 
*  *  *

Мы уйдём в небеса –
дождь прольётся на землю.
Где-то крикнет сова,
взбудоражена тенью.

С чем шагну я к черте – 
не даёт мне покоя.
Дни бегут в суете – 
что возьму я с собою?

Мудрость высохших дней,
ржавый лист на исходе,
точки срубленных пней
и стихи на комоде.