Skip navigation.
Home

2015-Игорь МИХАЛЕВИЧ-КАПЛАН

ЧЕЛОВЕК-ЛЕГЕНДА 
          К 100-летию со дня рождения Вячеслава Завалишина

       Сто лет тому назад, 13 октября 1915 года, в Петрограде родился удивительный и яркий человек с драматической и неординарной судьбой. Наша третья эмиграция в 70-80 годах ещё застала этого человека, но уже в Нью-Йорке, где он обосновался с 50-х годов. Мы читали его многочисленные репортажи, статьи, рецензии, отчеты о русских театральных постановках, концертах, выставках и лекциях, очерки на все более-менее заметные события русскоязычной литературной и культурной жизни. Изо дня в день как журналист он печатал их в ежедневной газете «Новое русское слово», единственной тогда на всю эмиграцию русскоязычной газете. Звали его Вячеслав Клавдиевич Завалишин.
        Он был человеком-легендой. Его имя было настолько же знакомо ньюйоркцам, как в свое время для москвичей бытописатель Москвы Владимир Гиляровский (дядя Гиляй), автора знаменитой книги «Москва и москвичи». Я видел Вячеслава Клавдиевича на нескольких литературных вечерах-тусовках – импозантная крупная фигура, благородные черты лица, энергия, казалось, выплескивалась из него наружу, через край, отражаясь на его манере двигаться и говорить. Одевался он богемно и небрежно.
       У него было много ипостасей, благодаря своему блестящему уму и образованию – окончил историко-филологический факультет Ленинградского государственного университета, стал американским русскоязычным журналистом, литературным и художественным критиком, поэтом, переводчиком, специалистом по старинной русской иконописи, издателем, знал иностранные языки. 
       А родился он в семье социалиста-революционера. Но позднее родители Владислава были репрессированы: отец расстрелян во времена «ежовщины», мать сослана в Караганду. Самого Вячеслава Клавдиевича судьба тоже далеко не баловала. Во время Второй мировой войны он попал к немцам в плен, из которого бежал, и затем скрывался под чужой фамилией в Новгороде и Пскове. Был арестован гестапо и отправлен в лагерь в Двинске, где за него вступился митрополит Сергий (Воскресенский), и Завалишин был освобожден. В гестапо он прошел жестокие пытки и издевательства, оставившие след на всю последующую жизнь. После окончания войны стал беженцем в Германии, а в 1951 году уехал в США.
        По приезде на Запад, в 1979 году, я начал печататься, одновременно с Завалишиным, в поэтическом альманахе «Перекрестки», который вскоре переименовали во «Встречи». Где-то он даже упомянул обо мне несколькими добрыми словами в какой-то рецензии, и мне это было лестно – всё-таки заметил крупный и знаменитый критик и журналист. Позднее в своем литературно-художественном журнале «Побережье» я напечатал статью Вячеслава Клавдиевича о творчестве Сергея Есенина.
       Завалишин был одаренным и разносторонним человеком. Только задаешься вопросом: как он успевал всё это делать? Еще в Германии Владислав Клавдиевич занялся изданием книг, например, на русском и немецком языках опубликовал собственную работу «Андрей Рублев» (1948). Позже издал стихотворения Сергея Есенина, в одном томе и Николая Гумилева, в четырех томах. Переехав в США, Завалишин работал при Колумбийском университете над книгой Early Soviet writers («Ранние советские писатели»), изданной в 1958-м и переизданной в 1970 году. Около двадцати лет писал тексты для радиопередач на русском языке о литературе и искусстве для Радио Свобода.
       В 1980 году он издал поэтическую книгу «Плеск волны», в которой в том числе опубликованы стихи Завалишина, посвящённые художникам Русского Зарубежья. В поэтической форме перевёл «Центурии» («Столетия») Нострадамуса, впервые изданные в 1974 году и затем несколько раз переизданные на Западе и в России. Эта книга стоит на моей книжной полке в домашней библиотеке.
     Вячеслав Клавдиевич Завалишин ушел из жизни 31 мая 1995 года. Он оставил после себя культурное и литературное наследие. Его стихи также включены во многие престижные издания: «Мы жили тогда на планете другой» 1994; «Берега», 1992; «Вернуться в Россию – стихами…», 1995.
    Осталась память и рассказы об этой удивительной, образованной, оригинальной и многосторонней личности, неразрывно связанной с Русскоязычным Нью-Йорком и Русским Зарубежьем.                                                     Филадельфия