Skip navigation.
Home

Виктор ФЕТ, г.Хантингтон, Западная Виргиния.

Виктор Фет

ФЕТ, Виктор Яковлевич, г.Хантингтон, Западная Виргиния.
Поэт, биолoг. Родился в 1955 г. в Кривом Роге. Эмигрировал в США в 1988 году. Книги: «Под стеклом», 2000; «Многое неясно», 2004, «Отблеск», 2008. Публикации в журналах и альманахах: «Литературный европеец», «Мосты», «Встречи», «Побережье», «Альманах поэзии» и др.

2011-Фет, Виктор


                   РЕКА
 
Всё, что ни есть на белом свете –
огонь на солнце, лед в комете,
пещер невидимая тьма –
всё к нашей жизни равнодушно,
в то время как она сама 
собой, меандрами реки
извилистой, течет послушно,
и каждый день ее изучен
у этих гипсовых излучин,
где все события легки.                    
И целый мир собрался здесь
в единый фокус, в эту взвесь
еще не меркнущего сна,
топографического пира,
и версия иного мира 
уже не так удалена.
Сквозь эту ткань иной пловец,
и солнц, и истины ловец,
возьмет остатки наших снов
в свою ладью, как горсть жемчужин,
там каждый вдох и выдох нов,
и каждый всплеск и отблеск нужен;
там счет идет на доли шага,
там крепче ньютонова тяга,
а берега моей реки
непредставимо далеки.  

                                                                  
  23-24 декабря 2010,                                                                   
 Хантингтон



                НЕ БУДЕТ

Не будет потрясения основ:
со стрелкою давно совпала риска.
На троне воцарился Годунов
на фоне нефтяного обелиска.

Нам больше не показывают снов,
и мы природе не вчиняем иска:
наш мир теперь имеет форму диска,
лежащего на спинах трех слонов.

Отрекся Галилей, и Тихо Браге
уже не проживает в старой Праге;
замедлилось теченье лет и дней,

и память размывается волнами,
и мы опять усядемся плотней
вокруг огня, зажженного не нами. 
                  3-4 января 2011


             ПУТЕШЕСТВИЕ

Иерусалим, и Рим, и прочие места
отмечены на старых портоланах,
но в атласе недостает листа.
Несложно для поверхности земной
составить указатель именной
со сведениями о разных странах.
Труднее распознать, чей осторожный взгляд
уже разглядывал, столетия назад,
подходы к берегам, эрозию пород
и трепет птиц под куполом зеленым.
Мир существует и живет,
Чарльз Дарвин, по твоим законам.

А то, что остается за кормой
корвета “Бигль”, уходит по прямой,
не достигая линии закатной,
а значит, и останется за картой.
Зачем же нам описывать края
внутри закрытого объема,
когда не здесь лежит судьба твоя,
возможность истины и дома?
А время в Англии иное,
оно по Гринвичу течет,
оно не растворимо в зное
и в Кордильеры не влечет.
Когда мы странствуем, мир возникает снова,
отыскивается утраченное слово,
лучи и волны продолжают танец,
отлив усердно порождает сушу,
мир открывает каменную душу –
обсидиан и мягкий сланец;
а не отмеченная в атласе река
дает действительности вкус черновика.
                    22-23 апреля 2011

              
                НЕМОЕ КИНО

Под резким светом, в мире плоском
пройди себе по шатким доскам
на дебаркадере времен,
где контур жизни изменен.

У новых дней не хватит места
для магии простого жеста,
запечатленного давно
на лентах древнего кино.

Здесь ходит мышца лицевая
и видится движенье век
под звон беззвучного трамвая
и старомодный саундтрек.

Над миром разлита тревога,
но крепко держится тренога,
а чудный театральный грим
теперь уже неповторим.
            13-14 мая 2011



         ЭНЦЕЛАД

Как жизнь литературна
бывает иногда:
меж кольцами Сатурна –
соленая вода!
В кромешной тьме Вселенной  
открылись берега,
где хлещет звездной пеной
поморская шуга.

И более не надо
ни меда, ни вина:
фонтаном Энцелада
душа опьянена.
         30 июня 2011

                 МЫ ДУМАЕМ

Мы думаем, что сущность слов проста,
и мы привыкли к этой мысли вздорной;
на самом деле лучшие места 
отведены на плоскости узорной
не нам, а им – и есть за что: они
и движут, и скрепляют наши дни.

К динамике обыденной привыкла
речь, от природы свойственная нам,
что ритм биологического цикла
готова придавать мечтам и снам –
и прыгает от счастья каждый атом,
доставшийся в наследие приматам. 
 
Мы думаем, что память – наш союзник;
на самом деле разум – это узник
в оковах памяти, что вместе с ней
спешит над бездной лет тропою дней,
зажмурившись, чтобы перенести
слепящее безумие пути.

Да сохранятся наши языки,
наполненные древними словами,
как неизученными веществами,
где атомы усердны и легки, 
где глину слов несeт издалека
поток недремлющего языка.
сентябрь 2011, Хантингтон