Skip navigation.
Home

2016-Берта ФРАШ

  Грозди дождей и времени 

Руководствуясь чувством вины,
срывается дождь. 
Но не радостью светлой волны 
покрывается гроздь 
       винограда. 
                  Сжимается время 
в плывущую осень. 
Трудно в тумане попасть в стремя, 
не прогнувшись – вовсе. 

Осенний вечер продлевает срок –
разлуки бремя.
Что значит это слово «рок»,  
кто сеет семя? 


               *  *  *
…будто забивает гвозди 
на крышку уходящих дней. 
Влага виноградной грозди 
с потоком июльских дождей 

испарилась. Исчезла тень. 
Так и любовь лишь снилась мне. 
Усталость не скрывает лень 
всё изменить, не жить во сне. 

Размоют потоки дождя
крепость? Но месяц не в сроки 
листал календарь. И нельзя 
сочинить новые строки, 
не прожив дня. 




                   август-январь

Быстрее, чем розы бутон, раскрывается день. 
Ветер гонит осколки, с ними зёрна судьбы. 
Горизонт заслоняет скорбно плывущая тень. 
Август вымоет окна, открывая, где был.

Я несу в себе запах садов и морей,  
и мне видится парус в осеннем тумане. 
За горами-плечами, в долине – скорей 
потревожь старый ящик, наполненный снами. 

Посмотри на сундук, нет там даже замка! 
Крышку смело открой, разбегись на дороге. 
Жизнь чудесна, как летняя ночь коротка. 
Не надейся на день, что остался в итоге. 

Август. Дождь за оградой мятежного мира. 
Снова пишется день, вместе с ним и тревога. 
У любви нет погоды, лишь тихо звучащая лира,  
да одежда любого сезона – пурпурная тога. 


                  *  *  *
И это всё? Чуть свет мерцает, 
улыбка, руки и глаза, 
мелькают годы. Замерзает 
давно прошедшая гроза. 

И грезишь. Боль чуть отпускает, 
уже не чувствуешь её. 
И о любви так мало знаешь, 
если не смел... И это всё? 

И смеешь сам себе признаться, 
как садовод, любя цветы, 
лишь с сорняками расставаться, 
лелея радость красоты. 

И это всё, что получилось? 
Стихами не исправить мир. 
Плохое тоже не забылось, 
обид звучание и лир. 

И это всё? Чуть свет мерцает, 
улыбка, руки и глаза, 
мелькают годы. Замерзает 
давно прошедшая гроза. 

Простить себя, какая слабость  
теперь, когда умрёшь один.  
Для вечности ты был лишь малость. 
Да, это всё, мой господин. 



                     *  *  *                         
                                                          М.

Я чей-то звук немой, невидимое слово,
  сезон дождей из океана грёз.
Я роюсь в памяти и забываю снова.
Как трудно распрямиться в прежний рост. 

Как трудно мне понять, что остаются горы, 
рисунок в небе, тайна под водой. 
Зачем врываются невидимые воры 
и крушат всё, что не берут с собой. 

Как трудно мне понять, что остаётся вечность 
такая же, что будет впереди. 
И где-то запах кофе растворит беспечно, 
печально пробегающие дни.  

Как трудно уходить! Но притворяться, 
что слышу всё же эхо на заре, 
и речкою за океан цепляться,  
и рассыпаться солью на жаре... 


                  *  *  *
Замёрзли реки – кровь земли,
луга замёрзли, горы, ели.  
И лишь отдельные ручьи 
сдаваться стуже не хотели. 

Замёрзли крыши, чердаки,
куда заброшены коляски,
где чемоданы, сундуки 
лишь в ожидании развязки. 

Замёрзли губы и сердца, 
замедлен темп крови, все стынут. 
И в обещании конца 
зимою хлопья с неба хлынут 

беззвучно. В белом заблудясь, 
проходят дни как будто мимо. 
Но сердце всё ещё кряхтя, 
желает не весны, но силы 

собрать хрустальные слова 
и с запятыми разобраться. 
Замёрзла старая трава,
её я не хочу касаться. 

Зима, всё холодом объято.  
И с вьюгой до весенней встряски 
всё в белом – празднично и свято, 
но до поры безумства пляски. 

Как быстро птицам в унисон 
ручьи по камням шелестели. 
Оставив долгий зимний сон, 
там в рамке утра слышны трели. 



                           *  *  *
Последний день определит судьба, 
по рёбрам крыш сползёт дождём осенним. 
По каплям не испить твои слова, 
и не всегда бокал стихов – спасенье. 

В иллюзии молчанья есть сердца, 
дождём шумят и грозно, и беспечно.  
Пусть осень наша длится без конца, 
в венке из листьев, в обрамленье вечном.    
      

                         *  *  *
У осени есть камень – я сама,
осколками вонзилась в части света. 
Листаю снова новые тома,
в надежде утешенья и ответа. 

Ах, осень, красота! Но и печаль – 
всё о конце скулит, вздыхает, шепчет... 
Прошедшего, конечно, будет жаль, 
когда последний лист в полёте вечном 

в расщелине скалы найдёт приют. 
Зачем летят так быстро твои годы?!
Лучи согреют и дожди прольют – 
осенним днём положено погоде

дотронуться до нерва бытия. 
Осколки времени, осенние слова.