Skip navigation.
Home

2014-Гари ЛАЙТ

ПОСЛЕДНИЙ ЗИМНИЙ ДЕНЬ

Так холодно и грустно на земле... 
И пелена невидимого снега 
Ложится на ресницы – те, что к небу 
Обращены и просят о тепле 
Единственных, далеких губ и рук, 
Способных посоперничать с июлем. 
Но снова на стекле мороз рисует 
Свой нотный стан для музыки разлук. 
С зимою вместе канет наш уют, 
В нагрянувшей рапсодии весенней 
Не будет больше боли воскресений 
И повторяющейся колкости простуд. 
Ну а пока до марта целый день, 
В него зима всю суть свою вложила: 
Дохнула холодом, снежинки закружила, 
И, сдавшись, город лег в ее постель.


ПОСТНOВOГOДНEE

У весеннего Нового года
перед светлым большим снегопадом
объяснений астрального рода
не осталось... И вовсе не надо...
Это просто судьба улыбнулась
в море – между Европой и Мальтой, –
в свой естественный образ вернулась...
И явилась... Сюда... По асфальту...
Этот город с большими домами
растерялся, но, в чудо поверив,
широченными двинув плечами,
стал весенним... Немного... На время...
Я – свидетель свершенного чуда,
обладатель разгадки погоды,
и внимать наваждению буду
до поры изменений природы…



УРБАНА- CHAMPAIGN

Серый вечер пришел.
Снисхожденья не просит
этот город,
в котором кончается осень.
Шелестящие листья
не ладят с асфальтом,
из окна исчезает на волю контральто.

Этот город всегда был моим откровеньем, 
я сюда исчезал, растворяясь в безвременье... 
В тесных комнатах здесь жили близкие души, 
очарованный, я чью-то исповедь слушал. 
Невозможное здесь обретало возможность. 
Голос вдруг оживал и крошил безнадежность, 
и лились откровения прожитых истин, 
выражение лиц – достояние кисти...

А затем, возвратясь в небоскребное гетто, 
забываешь про все – суета, сигареты. 
Но так важно, когда можно просто уехать 
вот сюда, от всего – и от слез, и от смеха...

Серый вечер пришел. 
Снисхожденья не просит 
этот город, 
в котором кончается осень.



*  *  *

Таких одиноких звезд, 
как в небе над океаном, 
в глубоких постелях гнезд 
нет даже в канве нирваны. 
Нет ласковее ночей, 
чем в этих южных широтах, 
«Летучий голландец» – ничей 
давно не приписан к порту. 
Корабль – предвестник бед, 
наказан за грех команды, 
в закат перевозит рассвет, 
за что среди звезд оправдан. 
И, в общем, уже давно, 
приметив круизный лайнер, 
«Голландец» ложится на дно, 
всплывая звездою ранней. 
Наверное, потому 
звезды над океаном, 
благоволя ему, 
не чтут поведенье странным. 
Ведь звезды и есть корабли, 
которые не встречают, 
из тех, что когда-то ушли, 
погибли – и вот мерцают. 
Парад одиноких звезд 
в небе над океаном 
на тысячи лет вперед 
пожалован нам, незваным.


ЛАЙТ, Гари, Чикаго. Поэт, переводчик, публицист.  Родился в 1967 году в Киеве. На Западе с 1979 г. Окончил Нортвестернский университет (политология и русская литература) и юридическую аспирантуру Chicago Kent. Сб. стихов: «Верь», 1992; «Voir Dire», 1993; «Треть», 1996; «Город» (совм. с М. Гарбер), 1997; «Возвращения», 2002. Участник Антологии "Строфы Века-2". Член СП Москвы. Публикации в лит. журналах России, Украины, США.