Skip navigation.
Home

2015-Нора ФАЙНБЕРГ

          ДУША

Чужая душа – потёмки,
но и своя темна.
Не раз удивятся потомки,
увидев, что вместо тепла
в душе бурлили ненастья
и поднимались страсти
из тонких извилин дна.
Откуда огонь и надрывы?
Чьим недугом дух заражён?
Повинуясь какому порыву
Потянулась рука за ножом?
О себе к нам приходит знанье
лишь судьбою положенный час,
что пробудит хранимый втайне
в душе нам неведомый пласт.


                    КРЕДО

Пока жива, я собираюсь жить 
без снисхожденья к возраста границам, 
хоть и встречая удивление на лицах, 
всё с тем же пылом ненавидеть и любить.

Пока жива я так же буду жить: 
не спать ночами, увлекаясь книгой, 
и звать друзей для торжества. И мигом 
стол приготовить, чтобы есть и пить.

Пока жива, я собираюсь жить, 
не поддаваясь ни тоске железной, 
и не заглядывая в будущего бездну, 
не думая о том, что час придёт не быть. 




                         СТАРИКИ

Мужайтесь, старики, хоть тяжела дорога
и годы всё сильней нас тянут под уклон.
Что ж, старость, как-никак, такое время года:
уныние дождей и снежной вьюги стон.

Куражьтесь, старики, ведь сквозь огонь и воду
и трубы медные нам проходить пришлось,
хоть говорится, что в огне нет брода,
а всё ж найти его нам удалось.

Влюбляйтесь, старики, вступайте смело
в костёр любви, чтоб в нём сгореть дотла,
и пусть споёт душа всё то, что не допела
и что по юности и спеть бы не смогла.

                           *  *  *
                          Запад есть Запад
                          Восток есть Восток
                                Р. Киплинг
Запад есть Запад,
Восток есть Восток,
войн и угроз неизбежный исток.
Запад изнежен и Запад труслив,
ему не по силам Востока прилив.
Зато беспощаден свирепый Восток,
Восток кровожаден, упорен, жесток.
Он в Запад проникнет Троянским Конём,
взорвет изнутри и охватит огнём.
Извлёк он из ножен отточенный меч,
и головы скоро покатятся с плеч.
А Запад спокоен, а Запад устал;
нет, Запад не воин: он слаб и он стар.
Он будет творить себе, глядя на зверства,
ангельски-меркельское миссионерство.



      ПЕРЕКАТИ-ПОЛЕ

Зовут меня «перекати-поле».
Вот такая мне выпала доля.
Качусь, словно мяч, по полю,
не по доброй, поверьте, воле:
ветер толкает меня поневоле.
А травы шепчутся вслед:
– Тесен, что ли, ему белый свет?
Что он мается по полю, дурень?
Ужель не найдёт, наконец, себе кýрень?
Мусор вместе скатал с сорняком
и тащит по свету ненужный ком!
Травам бы только травить без толку,
а я отругиваюсь втихомолку.
Я ведь готов приютиться за кочкой,
да мне не врасти ни в какую почву.
Вот и качусь мимо да мимо,
ветром степным постоянно гонимый.
Нет мне, бродяге, пристанища в жизни, 
нет мне ни дома и нету отчизны.