1 (черновик)
Свет мой, скажи где твоё зазеркалье,
Гаснет волна за какими зрачками,
Ходит война, не найдя твоей кельи,
Топчет осколки.
Точит, течёт синевою проточной,
Резким толчком упирается в точку,
Залп конфетти из пугалки потешной...
Липко и скользко...
Лузгает, лязгает, ласково ляжет
Рядом с любым рядовым этой пашни,
Вылижет наголо, начисто срежет...
Гадко и страшно.

2 (зазеркалье)
Средь скользких тем и острых тем
Мы не нужны ни тем, ни тем,
Здесь только тени в тесноте
Гадючьей свадьбы,
Да надрывается метель
Над ворохом забытых тел,
Где всех страстней, к своей черте
Не опоздать бы.
Не тем, не там и не о том
Червями слов набитым ртом
Молчим в проклятом шапито
Под маской мима.
Под пыткой медленного сна,
Под залпом истины до дна,
Пред полным залом, где она
Проходит мимо.
Не те – и взрывы конфетти –
В упор – не те и не спасти,
И только "господи, прости"
На том наречии,
Которым стелется волна,
Когда, пьяна и солона,
Она вздымает небо на
Стальные плечи.

3 (не по-русски)
Я говорю на суахили
В такт октябрю словами сухими,
Вслед главарю чёрной земли:
Времени нет – мы на мели
Всех, кто без имени – замели,
Всех, кто на голову выше – обрили,
Разве мы так договорились?
Так и смеюсь глазами сухими -
Выдать боюсь на суахили,
Дети Рахили и дети Ра,
Вас, расношёрстная детвора,
Рано ушедшая со двора
С первым рассветом, сказавшим "Пора".
Разве мне вынести это, хилой,
Как же мне вырасти из суахили.
Расы и распри, красная кровь.
Раз, ещё раз – разрываю строй.
Два – выжимаю из тела страх.
Выход опаснее чем игра.
Выдох – я вас не хочу терять,
Тайный мой брат и моя сестра,
Дети Рахили и дети Ра.